Самоотношение и изменения

Почему старание мешает услышать себя

Не всякое усилие ведёт к своему результату. Иногда человек так занят проектом улучшения, что перестаёт замечать, кого именно он улучшает.

Есть ходячая фраза с неустановленным первоисточником: человек так старается стать кем-нибудь, что становится кем попало.

Она мне нравится не как насмешка над развитием.

В ней спрятан хороший психологический вопрос:

Кто именно старается, ради какого эталона и какой первый честный сигнал это старание сейчас перекрывает?

Человек может много работать, учиться, заниматься телом, ходить в терапию, строить отношения, осваивать новую профессию. Всё это требует усилий.

Проблема не в усилии.

Проблема начинается, когда усилие обслуживает не живую задачу, а проект исправления себя.

есть образ, каким я должен стать
→ я мобилизуюсь под этот образ
→ усиливаю контроль
→ оцениваю каждое отклонение
→ хуже слышу фактическое состояние
→ двигаюсь быстрее
→ всё меньше понимаю, туда ли

Иногда результат действительно достигается.

Человек становится эффективнее, стройнее, спокойнее, социально успешнее. И одновременно всё дальше отходит от того, что могло бы сказать: мне это не подходит, я устал, я не хочу, мне интересно другое, я вообще решаю не свою задачу.

Можно очень дисциплинированно двигаться не в свою сторону.

Старание и усилие — не одно и то же

Я не предлагаю заменить работу над собой лежанием на диване.

Усилие необходимо. Новые навыки не вырастают из одного понимания. Отношения требуют разговоров. Профессия — обучения. Тело — регулярности. Терапия — участия.

Но усилие бывает разным.

Живое усилие

Оно связано с задачей, которую человек узнаёт как свою.

В нём может быть трудно, страшно и утомительно. Но сохраняется контакт с собой и реальностью. Можно менять способ, просить помощь, останавливаться, признавать ошибку.

Старание как мобилизация

Оно связано с образом правильного результата и страхом не соответствовать.

В нём много контроля:

сделать как надо;
ничего не упустить;
успеть;
получить максимальную пользу;
не разочаровать;
доказать;
наконец стать нормальным.

Человек не просто делает дело. Он одновременно следит, достаточно ли хорошо делает его он сам.

Это двойная нагрузка.

Длинную дистанцию нельзя пройти на постоянной мобилизации

На длинной дистанции возможно не постоянное напряжение, а нахождение в процессе.

Я бы перевёл это так.

Мобилизация хороша для рывка.

Нужно сдать проект, добежать, выдержать экзамен, быстро решить опасную ситуацию — система собирается и выдаёт ресурс.

Но если вся жизнь становится рывком, у неё не остаётся фазы, в которой можно:

переработать опыт;
заметить изменение;
научиться новому;
восстановиться;
проверить направление;
услышать несогласие;
присвоить результат.

Старание создаёт ощущение движения. Иногда оно даже защищает от вопроса, куда именно мы движемся.

Пока я очень занят улучшением себя, мне некогда встретиться с собой сегодняшним.

Проект «стать лучше» часто начинается с непринятия факта

Саморазвитие обычно продаётся через будущее. Вы станете увереннее. Научитесь ставить границы. Перестанете тревожиться. Увеличите доход. Построите зрелые отношения. Найдёте предназначение. В этих целях нет ничего плохого. Но до вопроса «кем я хочу стать?» хорошо бы задать более неудобный:

Кто хочет этого результата?

И следующий:

Что со мной сейчас — до того, как я начал себя исправлять?

Потому что проект улучшения может быть построен из стыда. Я должен стать увереннее, потому что нынешний я недостаточен. Должен перестать тревожиться, потому что тревога делает меня слабым. Должен научиться отношениям, потому что одинокий человек проиграл. Должен больше зарабатывать, потому что иначе не имею веса. Должен срочно найти себя, потому что в пятьдесят два уже неловко не знать.

Тогда развитие становится не расширением возможностей, а побегом от текущего человека.

Он ещё ничего не успел сказать, а его уже отправили на реконструкцию.

Под давлением внимание меняется

Исследования стресса, привычек и выполнения сложных задач не дают одной простой формулы «напряжение всегда мешает».

Умеренное возбуждение иногда помогает собраться. Острый стресс в одних задачах ухудшает результат, в других почти не влияет, в третьих может временно усилить отдельные виды обучения.

Но есть устойчиво наблюдаемая проблема давления: когда цена результата становится слишком высокой, внимание уходит либо в тревожные мысли, либо в чрезмерный контроль самого выполнения.

Человек делает и одновременно проверяет, как он делает.

У опытного спортсмена это может разрушить автоматизированное движение. У выступающего — занять рабочую память мыслями о провале. У человека в разговоре — превратить контакт в наблюдение за тем, насколько правильно он выглядит.

В обычной жизни это звучит так:

я хочу хорошо поговорить
→ слежу за каждой фразой
→ хуже слышу другого

я хочу уснуть
→ проверяю, засыпаю ли
→ возбуждаюсь ещё сильнее

я хочу расслабиться
→ оцениваю качество расслабления
→ снова напрягаюсь

я хочу быть собой
→ контролирую, достаточно ли я настоящий
→ создаю новую роль

Старание умеет захватывать даже отказ от старания.

«Перестаньте стараться» — плохой совет

Если сказать тревожному, ответственному человеку «просто перестаньте стараться», он, скорее всего, начнёт стараться не стараться.

Будет:

правильно расслабляться;
достаточно медленно жить;
отслеживать контроль;
ругать себя за напряжение;
сравнивать себя с людьми, у которых естественно;
переживать, что опять всё делает не так.

Получится тот же механизм с новой вывеской.

Поэтому задача не убрать усилие.

Нужно вернуть авторство и различение.

не «как мне меньше стараться?»
а:
— что я делаю;
— для кого;
— из какого состояния;
— какой ценой;
— что во мне не помещается в выбранный проект;
— могу ли я менять способ;
— могу ли остановиться;
— узнаю ли я результат как свой?

Кто именно старается

Это вопрос второго этажа.

На первом этаже человек говорит:

Я очень стараюсь сохранить отношения.

На втором мы спрашиваем:

Кто старается?
Любящая часть?
Испуганный ребёнок?
Человек, который не выдерживает провала?
Тот, кто должен доказать родителям, что не разводится?
Тот, кто реально видит ценность отношений?
Тот, кто боится одиночества?
Тот, кому экономически некуда идти?

Ответ редко один.

Можно одновременно любить, бояться, зависеть, злиться и хотеть уйти.

Широкая картина не отменяет действие. Она делает его менее слепым.

Другой пример:

Я стараюсь построить бизнес.

Кто старается?

Предприниматель, которому интересна задача?

Человек, доказывающий собственную состоятельность?

Тот, кто не умеет отдыхать?

Тот, кому страшно зависеть от чужой зарплаты?

Тот, кто любит создавать?

Все вместе?

Пока вопрос не задан, любая усталость будет объясняться недостатком дисциплины.

Старание в терапии

Терапия тоже быстро становится местом достижений.

Клиент хочет быть хорошим клиентом.

Он читает, слушает, ведёт дневник, вспоминает детство, замечает тело, выполняет упражнения, приносит инсайты.

Психолог радуется: работа идёт.

Но иногда всё это — продолжение прежней адаптации.

Человек всю жизнь угадывал, чего от него хотят взрослые. Теперь угадывает терапевта.

В гештальт-терапии он научится говорить о чувствах.

В психоанализе — находить защиты.

В когнитивной терапии — ловить мысли.

В телесной — сообщать, где напряжение.

Любой язык можно использовать для встречи с собой.

И любой язык можно использовать, чтобы снова соответствовать.

Первый честный сигнал иногда появляется в момент, когда клиент признаётся:

Я устал быть хорошим клиентом.

Или:

Я не согласен с вашим объяснением, но боялся сказать.

Или:

Я ничего не чувствую. Я просто знаю, что здесь положено чувствовать злость.

Терапия начинается заново.

Старание в отношениях

Есть люди, которые очень стараются любить правильно.

Говорят экологично.

Соблюдают границы.

Не обвиняют.

Используют я-сообщения.

Дают пространство.

Принимают различия.

И однажды обнаруживают, что отношения стали образцовыми и неживыми.

Потому что за правильной коммуникацией потерялось простое:

Я на тебя зол.

Я соскучился.

Мне больно.

Мне не хватает тебя.

Я не хочу сейчас говорить экологично. Я хочу понять, есть ли мы вообще.

Правила нужны. Особенно там, где люди привыкли ранить друг друга.

Но правило должно обслуживать контакт, а не заменять его.

Если человек слишком старается не быть токсичным, он может перестать быть заметным.

Старание в работе

Рабочее старание часто получает социальное одобрение.

Человек надёжен. Берёт больше. Не подводит. Учится. Доделывает. Всегда на связи.

Слабые сигналы при этом выглядят недостойно:

скучно;
не хочу;
не вижу смысла;
не нравится человек;
устал;
мне интересно другое;
я больше не хочу расти в эту сторону.

Каждый из них легко объявить ленью.

Иногда это действительно желание избежать сложности.

А иногда организм и психика уже давно сообщают, что контракт изменился, а сознание всё ещё выполняет старую версию.

Сильный сигнал придёт позже — выгорание, болезнь, конфликт, увольнение.

Старание помогает не слышать раннее.

Чужой эталон может быть очень разумным

Не все чужие требования плохие.

Родители могут хотеть ребёнку добра.

Профессиональная среда — задавать необходимый стандарт.

Психолог — видеть то, что клиент пока не замечает.

Общество — требовать ответственности.

Проблема не в происхождении эталона, а в невозможности его проверить.

Подходит ли он мне?

Соответствует ли реальности?

Какую цену требует?

Что в нём полезно?

Где он уже устарел?

Можно ли выполнить его по-своему?

Можно ли отказаться?

Если нет возможности задать эти вопросы, эталон превращается в внутренний приказ.

А контролируемая мотивация обычно менее устойчива, чем та, в которой человек сохраняет автономию, чувство компетентности и связь с другими. Это не означает делать только то, что хочется. Автономия — не каприз. Это переживание: я понимаю, зачем действую, и признаю действие своим.

Где искать первый честный сигнал

Под старание обычно не нужно копать очень глубоко. Сначала полезно посмотреть, что оно постоянно перекрывает.

Зависть.

Облегчение при отмене.

Раздражение на советы.

Фантазию о болезни как единственном законном отдыхе.

Нежелание заканчивать обучение и выходить в реальную работу.

Желание, чтобы кто-то наконец запретил продолжать.

Интерес к непрактичной теме.

Страх успеха, после которого придётся жить по новым правилам.

Стыд от того, что цель больше не нужна.

Первый честный сигнал может быть маленьким:

Я не хочу становиться лучшей версией себя. Я хочу понять, что со мной происходит.

Это не капитуляция.

Это смена точки входа.

Что делать вместо очередного рывка

Не существует универсальной последовательности, но мне полезна такая.

1. Описать проект улучшения

Кем я пытаюсь стать? Как пойму, что получилось?

2. Найти владельца проекта

Чей это голос? Мой? Родительский? Профессиональный? Социальный? Голос страха?

3. Назвать цену

Сон, тело, отношения, интерес, время, деньги, право ошибаться.

4. Спросить, что не помещается

Какой сигнал приходится постоянно подавлять, чтобы продолжать?

5. Уменьшить масштаб

Не отменять цель. Сделать маленький эксперимент, после которого появятся новые данные.

6. Вернуть тело и реальность

Что со мной происходит фактически? Нужен разговор, отдых, врач, изменение условий, обучение, терапия?

7. Проверить присвоение

После действия я чувствую больше авторства или только краткое облегчение от того, что снова оказался хорошим?

Это не метод быстрого успеха.

Это способ не потерять человека, ради которого успех вообще задумывался.

Иногда нужно продолжать, даже когда не хочется

Есть риск превратить весь текст в оправдание любого отказа.

Не хочется — значит не моё.

Тяжело — значит чужой путь.

Напрягся — значит остановись.

Так не работает.

Рост часто неприятен. Обучение фрустрирует. Близость требует выдерживать различия. Новая работа пугает. Важное действие может долго не давать удовольствия.

Поэтому критерий не в приятности.

Вопросы другие:

сохраняется ли смысл;
появляется ли компетентность;
могу ли я влиять на способ;
есть ли восстановление;
выдерживает ли цель реальность;
остаюсь ли я живым участником;
могу ли признать, что цена стала слишком высокой;
могу ли изменить решение без уничтожения себя.

Иногда первый честный сигнал говорит: остановись.

Иногда — продолжай, ты просто боишься.

Различение важнее лозунга.

Усилие остаётся. Меняется его хозяин

Я не хочу перестать стараться в смысле перестать вкладываться.

Я хочу понимать, кто вкладывается и во что.

Хочу замечать момент, когда работа превращается в доказательство собственной ценности.

Когда терапия становится экзаменом.

Когда отношения — проектом правильного поведения.

Когда отдых — очередной задачей.

Когда цель уже не моя, а я продолжаю двигаться из инерции и стыда.

Старание мешает услышать себя не потому, что усилие вредно.

А потому, что сильный шум проекта заглушает слабые данные реального человека.

Иногда достаточно на минуту перестать улучшать себя и спросить:

Кто сейчас здесь?

Не кем я должен стать.

Не каким меня хотят видеть.

Не каким я уже научился себя объяснять.